Экспертиза как страховка ваших инвестиций в искусство

Инвестиции в произведения искусства – гораздо более надежный способ вложения средств, чем скупка ценных бумаг. Правда, в отличие от финансовых рынков, здесь надо быть постоянно готовым к тому, что вам подсунут подделку. 

О том, что собой представляет художественная экспертиза и в какие художественные произведения стоит инвестировать средства, рассказывает Виктор Шпенглер, руководитель центра художественной экспертизы имени И.Е.Репина, президент Регионального общественного фонда поддержки искусства и культуры «Старые годы». 

Что сейчас в целом происходит на российском арт-рынке? Какие тенденции вы отмечаете?

Для российского антикварного рынка настали сложные времена в связи с непростой экономической ситуацией в нашей стране, да и вообще в мире. По сравнению с тем же 2014 г., объемы продаж произведений искусства заметно снизились. Конечно, это сказалось и на количестве проводимых экспертиз. Однако нет худа без добра. Несмотря на нелегкую ситуацию на арт-рынке, технологии не стоят на месте: появляется новое оборудование, накапливаются и пополняются базы данных, и в итоге качество экспертных исследований выходит на более высокий уровень.

Как отражается на цене художественного произведения наличие документа, подтверждающего его подлинность?

Как правило, без подтверждения общепризнанного эксперта художественное произведение продать очень сложно — если не сказать, почти невозможно. Привлечение никому не известных экспертов — это не только большой риск, но и занятие, совершенно лишенное смысла. Если в экспертном заключении будет стоять подпись эксперта, которого не знают на арт-рынке, вероятность того, что кто-то заинтересуется этим произведением, крайне мала. Такое заключение фактически не имеет силы и не воспринимается всерьез.

Проведение экспертизы художественных произведений требуется только в качестве предпродажной подготовки или есть какие-то другие причины? Насколько дорог и длителен этот процесс?

Да, в большинстве случаев экспертизу произведения искусства делают как предпродажную подготовку. Иногда еще бывает, что после громких скандалов коллекционеры начинают перепроверять качество своих коллекций. Впрочем, желание получить новое экспертное заключение может быть также связано с появлением новых более точных методов исследования.

Проведение экспертизы — это не такой уж и долгий процесс. Во многом все зависит от самой работы. Важную роль играет история произведения: каким образом оно попало в руки к нынешнему владельцу и где обреталась до того, выставлялось ли когда-нибудь и включено ли в каталоги тех или иных выставок и пр. Информация о происхождении произведения может значительно облегчить и ускорить процесс экспертных исследований. Также проводятся технологические и искусствоведческие исследования, которые крепко взаимосвязаны. Мнение эксперта опирается не только на его собственные знания, и не всегда искусствовед может полностью довериться собственному опыту. Нередко требуется химическое исследование, чтобы убедиться в том, что вещь действительно принадлежит тому времени, на которое претендует, а не является искусно выполненной подделкой.

Цена экспертизы зависит от того, какое в итоге произведению присваивается значение: антикварно-коллекционное или музейное. Заключение на вещь музейного значения, несомненно, будет стоить дороже. И, конечно, итоговая цена зависит от количества и сложности исследований.

Приходилось ли вам встречаться с произведениями, которые имеют высокую художественную ценность, но низкую стоимость, или наоборот? Всегда ли напрямую зависимы художественная и материальная ценности произведения?

Не всегда. Например, сейчас на аукционах работы старых мастеров стоят зачастую дешевле, нежели произведения художников ХХ века или наших современников. Здесь речь, скорее, о спросе и популярности какого-либо автора в тот или иной промежуток времени. Например, картины С. Фёдорова были настолько популярны, что цены на его работы в 2005—2006 гг. дошли до 150 тысяч долларов США, хотя в музейных собраниях работ этого художника нет вообще.

Любопытно, что если, например, в пейзаже изображены коровы, его цена падает, несмотря на музейный уровень произведения. Картины светлых тонов ценятся больше, чем темных, что странно и смешно. В первую очередь это характерно для российского арт-рынка. Вообще очень интересно и порой забавно проследить, из каких факторов складывается цена на ту или иную работу, что определяет спрос на того или иного художника.

Оценка произведений какого периода представляет для экспертов наибольшую сложность?

Здесь речь идет, скорее, о конкретных случаях, а не о периодах в целом. В любом периоде могут возникнуть произведения, которые поставят эксперта в тупик. В этом и есть сложность данной профессии — прийти к истине. Но все-таки первая треть ХХ века в русском искусстве наиболее сложна, так как на этот период приходится огромное количество подделок.

А как часто встречаются подделки?

Довольно часто, но, к счастью, не чаще, чем хорошие, подлинные вещи. В СМИ заявления о количестве подделок были разные. Некоторые утверждают, что на арт-рынке 90% подделок, но, конечно, это не так, и такого никогда не было. Например, на Антикварном салоне за последние два-три года сомнительных вещей стало гораздо меньше: на мой взгляд, максимум 5–10%. Впрочем, я не берусь утверждать это с абсолютной уверенностью.

К нам в Центр художественной экспертизы им. И. Е. Репина обращаются не только за проведением искусствоведческой экспертизы, но и за оценкой произведений искусства. Кому-то, например, вещь досталась по наследству от деда, и человеку просто для себя интересно узнать, подлинная она или нет. Правда, такое бывает крайне редко. В основном экспертизу и оценку проводят с целью дальнейшей реализации произведения.

Инвестиции в какие художественные произведения являются беспроигрышными?

Более надежное инвестирование — это значительные произведения высокого художественного уровня. Если инвестировать в предметы искусства и при этом правильно анализировать арт-рынок, то тогда это может быть выгодным вложением.

Например, совсем недавно на лондонских торгах аукциона Sothbey’s картина Зинаиды Серебряковой «Спящая девочка» ушла с молотка за 5,9 миллиона долларов США. А чуть раньше, но в этом же году, работа Валентина Серова «Портрет Марии Цетлин» была продана на аукционе Christie’s за рекордные 9,26 миллиона фунтов стерлингов, притом что стартовая стоимость составляла 1,5 миллиона. Несмотря на кризис и прочие сложности, цены на действительно значительные вещи остались и, думаю, останутся стабильно высокими. Но помните: на арт-рынкевсегда были, есть и будут подделки, порой с экспертизами и вымышленными историями бытования, которые сложно опровергнуть.

Инвестиции в искусство — недешевое удовольствие, требующее как минимум десятки миллионов долларов. Анализируя финансовый рынок за последние 25 лет, я могу с уверенностью сказать, что вкладывать деньги в искусство гораздо надежней, чем скупать акции и облигации. Главное — не покупать фальшивки.

Беседовал Алексей Земцов

Интервью опубликовано на сайте "Финансовой Газеты" - http://fingazeta.ru